Бюджет и ключевая ставка оказались по одну сторону
Когда речь заходит о федеральном бюджете, для обычного человека цифра дефицита в процентах ВВП выглядит довольно далекой от повседневной жизни. Где-то там, в государственных расходах, доходах и нефтегазовых поступлениях. Но именно бюджетный баланс может косвенно влиять на то, сколько будет стоить кредит, ипотека и деньги для бизнеса.
Минфин готовит финансовый план на 2027–2029 годы с дефицитом около 2% ВВП. Глава ведомства Антон Силуанов заявил, что при подготовке бюджета министерство учитывало необходимость снижения инфляции и ключевой ставки и фактически создало для Банка России условия для дальнейшего смягчения денежно-кредитной политики.
Правительство должно рассмотреть проект 24 сентября.
Бюджет и ставка
На первый взгляд может показаться, что бюджет и ключевая ставка мало связаны, но на деле они постоянно влияют друг на друга: если государство тратит больше, чем получает, экономика получает дополнительный спрос, а если этот спрос оказывается слишком сильным для текущих возможностей производства, инфляционное давление растет. Тогда ЦБ приходится осторожнее относиться к снижению ставки. И наоборот: более сдержанный бюджет оставляет регулятору больше пространства для маневра.
Почему ЦБ вообще смотрит на бюджет
Ключевая ставка — один из основных инструментов Банка России для влияния на инфляцию. Когда цены растут слишком быстро, высокая ставка делает кредиты дороже и одновременно повышает привлекательность сбережений, спрос постепенно охлаждается, и давление на цены должно ослабевать.
Но если государство параллельно активно увеличивает расходы, часть эффекта от жесткой денежной политики может теряться. Дополнительные бюджетные расходы попадают в экономику через зарплаты, закупки, инвестиции, государственные программы и другие каналы. Люди получают больше денег и тратят их, компании получают заказы и расширяют производство. Сам по себе этот процесс не является проблемой — экономике нужны инвестиции и рост. Вопрос в соотношении спроса и предложения: если предприятия способны быстро увеличить выпуск товаров и услуг, дополнительные расходы могут поддержать экономический рост, если же производство не успевает за спросом, часть дополнительного спроса превращается в рост цен. Поэтому для ЦБ важен не только сам размер дефицита, но и то, каким образом он формируется и на что направляются деньги.
Почему снижение ставки может помочь бюджету
Есть и обратная связь. Если Банк России постепенно снижает ключевую ставку, дешевеют заемные деньги. Это влияет не только на компании и граждан, но и на стоимость финансирования экономики в целом. Поэтому более сдержанный бюджет способен облегчить снижение ставки, а снижение ставки, в свою очередь, может поддержать инвестиции и экономическую активность. Получается своеобразная связка: бюджет не должен создавать лишнего инфляционного давления, а более мягкая денежная политика получает возможность поддержать рост там, где экономика уже готова его принять.
Именно поэтому эксперты говорят не просто о борьбе с инфляцией. По словам эксперта, постепенное смягчение бюджетной и денежной политики необходимо, чтобы экономика могла расти за счет расширения предложения. Иными словами, задача не в том, чтобы бесконечно стимулировать спрос дешевыми деньгами, а в том, чтобы со временем экономика могла производить больше товаров и услуг. Тогда снижение ставки становится не только способом сделать кредиты доступнее, но и частью более широкого перехода к инвестиционному росту.
Минфин о бюджете
Что означает дефицит в 2%
Новый ориентир Минфина — около 2% ВВП. Для сравнения, в июле дефицит казны оценивался примерно в 2,8% ВВП. По мнению опрошенных экспертов, снижение этой величины создает дополнительные условия для продолжения снижения ставки. Финансовый советник Алексей Родин считает, что при отсутствии серьезных потрясений ключевая ставка может опуститься до 13,75% уже в этом году и до 13% в следующем. Это оценка эксперта, а не прогноз самого Банка России.
И здесь есть важная оговорка: одной цифры дефицита для решения по ставке недостаточно. ЦБ будет смотреть на инфляцию, инфляционные ожидания, внутренний спрос, внешние условия и структуру самого бюджета. Более того, регулятор уже обращал внимание на то, что увеличение структурного дефицита может потребовать более жесткой денежно-кредитной политики. Поэтому дефицит в 2% — это скорее пространство для снижения ставки, чем обещание такого снижения.
Нефть тоже остается частью этой конструкции
У Минфина есть еще один элемент, который помогает понять новую бюджетную логику. Финансовый план формируется исходя из цены нефти около $50 за баррель. То есть ведомство закладывает достаточно консервативный сценарий нефтяных доходов и не рассчитывает автоматически потратить все дополнительные поступления, если сырье окажется дороже.
Логика здесь довольно понятная. Сегодня нефть может стоить дороже, а завтра ситуация изменится. Если государство успеет превратить временный рост доходов в постоянные расходы, при снижении цен придется либо сокращать программы, либо искать дополнительные источники денег. Поэтому дополнительные нефтегазовые поступления Минфин считает более разумным направлять в резерв, а не сразу увеличивать расходы. Такой подход создает определенный запас прочности. Но и здесь многое будет зависеть от фактической цены нефти и других доходов бюджета. Если поступления окажутся заметно ниже расчетных, удерживать дефицит в запланированных пределах будет сложнее.
У государства появляется новое правило для расходов
Еще одна идея Минфина касается уже не размера дефицита, а того, на что именно государство готово тратить дополнительные деньги. Антон Силуанов заявил, что новые расходы должны иметь экономическую отдачу — либо увеличивать доходы граждан, либо привлекать дополнительные частные инвестиции.
На первый взгляд это выглядит как довольно простой принцип: если государство вкладывает деньги, экономика должна получить от этого результат. Но на практике оценивать такую отдачу значительно сложнее. Инвестиции в технологичные производства, инфраструктуру, образование или здравоохранение не обязательно дают измеримый эффект через год или два. Иногда государству приходится вкладываться сейчас, а результат появляется спустя годы. Поэтому экономисты отдельно обращают внимание на то, что правило нельзя понимать буквально для каждого направления расходов. Отказаться от долгосрочных проектов только потому, что они не дают быстрой отдачи, тоже было бы неправильно. Здесь для бюджета возникает довольно тонкий баланс: не раздувать расходы без необходимости, но и не экономить на проектах, которые должны обеспечить рост предложения в будущем.
ЦБ о ставке
ЦБ пока не получил карт-бланш
Сейчас ключевая ставка составляет 14% годовых. На заседании 11 сентября Банк России решил сделать паузу в ее снижении, поскольку ценовое давление усилилось. Поэтому даже благоприятный для ЦБ бюджетный сценарий не отменяет главного условия — инфляция должна устойчиво замедляться.
Сам Банк России уже закладывает в прогноз постепенное снижение средней ключевой ставки: до 14,5–14,6% в 2026 году, 10,5–12,5% в 2027-м и 8–9% в 2028-м. Но внутри этих диапазонов возможны разные сценарии. Если правительству удастся удерживать дефицит около 2% ВВП, а инфляция будет последовательно снижаться, у ЦБ будет больше оснований двигаться к нижней границе своего прогноза. Если же доходы бюджета окажутся слабее ожиданий или расходы начнут расти быстрее плана, ситуация изменится. Именно поэтому сам по себе красивый показатель в 2% еще ничего не решает. Для рынка гораздо важнее, получится ли удерживать его не один раз на бумаге, а на протяжении всего бюджетного периода.
Что это означает для экономики
Для бизнеса снижение ставки — это прежде всего более доступное финансирование. Компаниям становится проще занимать деньги на инвестиции, расширение производства и новые проекты. Для граждан эффект более знакомый: постепенно могут дешеветь кредиты и ипотека. Но скорость этого процесса напрямую зависит от того, насколько устойчивым окажется снижение инфляции.
При этом слишком быстрое смягчение тоже может создать проблемы. Если спрос начнет расти быстрее, чем производство, инфляционное давление вернется, и ЦБ придется снова становиться осторожнее. Поэтому сейчас речь идет не о выборе между «дорогими» и «дешевыми» деньгами. Вопрос в том, насколько экономика готова к более низкой стоимости денег без нового ускорения цен. И бюджет здесь играет свою роль. Чем меньше государству приходится компенсировать дефицит за счет активного наращивания расходов, тем меньше дополнительного спроса поступает в экономику из этого источника. А значит, у ЦБ появляется больше пространства для собственной политики.
Что будет дальше
Новый финансовый план правительство рассмотрит 24 сентября. После этого станет понятнее, насколько реальные параметры бюджета совпадают с тем сценарием, на который сейчас ориентируется Минфин. Следить придется не только за самой цифрой дефицита. Не менее важны нефтяные доходы, динамика расходов и то, насколько правительству удастся придерживаться намеченной траектории.
Для заемщика все это может выглядеть довольно отдаленно. Но цепочка здесь вполне конкретная: бюджет влияет на общий спрос и инфляцию, инфляция — на решения ЦБ, решения ЦБ — на стоимость денег, а стоимость денег уже приходит в банк в виде ставок по кредитам. Поэтому нынешняя бюджетная политика — это не просто разговор о государственных доходах и расходах. От того, насколько устойчивым окажется новый баланс, будет зависеть и то, насколько свободно Банк России сможет двигаться дальше вниз по ставке.